Роботы утренней зари [ Сборник] - Айзек Азимов

Закончив почти шепотом, он вдруг посмотрел вверх и раздраженно сказал: — Жискар, почему мы сидим здесь?

— Простите, сэр, но вы не сказали, куда ехать.

— А ведь и правда! Прошу простить меня, Жискар. Сначала отвезите меня к ближайшему общественному туалету. Вам обоим это ненужно, а меня уже подпирает. А потом найдите место, где я мог бы чего-нибудь поесть. Желудок требует пищи. А потом…

— Да, партнер Илайдж? — спросил Дэниел.

— По правде сказать, Дэниел, пока я и сам не знаю. Вот удовлетворю чисто физические нужды, тогда и придумаю что-нибудь.

Бейли очень хотелось бы верить в это.

Машина шла медленно и остановилась у небольшого строения.

— Это и есть общественный туалет?

— Да. Это ближайший.

— Он не занят сейчас?

— Возможно, но им могут пользоваться одновременно трое или четверо.

— Ладно, выпустите меня. Я пойду и посмотрю.

Роботы не двинулись. Жискар сказал:

— Мы не можем войти туда с вами, сэр.

— Да, я знаю.

— Мы не можем как следует охранять вас, сэр.

Бейли нахмурился. У Жискара, естественно, должен быть менее гибкий мозг, и Бейли вдруг осознал, что роботы могут просто не пустить его в туалет.

— Я не могу помочь этому, Жискар.

Он повернулся к Дэниелу, который должен был лучше понимать человеческие нужды. — Дэниел, у меня нет выбора в этом деле. Выпустите меня из машины.

Дэниел посмотрел на Бейли, не двигаясь, и на один страшный миг Бейли подумал, что робот посоветует ему облегчиться на открытом месте, словно он животное.

Помолчав, Дэниел сказал:

— Я думаю, мы должны позволить партнеру Илайджу пройти в туалет.

— Если вы чуть-чуть подождете, сэр, — сказал Жискар, — я подойду к зданию.

Бейли поморщился. Жискар обошел строение кругом. Бейли подумал, что, пока Жискар там ходит, потребности его, Бейли, могут возрасти. Он попытался отвлечься, поглядывая вокруг.

Жискар вернулся, и Бейли сказал едко:

— Все в порядке? Тогда даруйте мне разрешение…

Он осекся. Зачем изливать сарказм на непроницаемую шкуру робота?

— Очень вероятно, что туалет не занят, сэр.

— Ну, и хорошо! Пропустите меня.

Бейли открыл дверцу и вышел на узкую гравийную дорожку. Дэниел шел за ним. Когда Бейли потянулся открыть дверь туалета, Дэниел молча показал ему на кнопку, которую следовало нажать. Сам Дэниел не дотронулся до нее. Видимо, это как бы указывало на намерение войти — но и намерение не позволялось. Бейли нажал кнопку и вошел, оставив роботов позади. Тут он обнаружил к своему неудовольствию, что он впервые отделен от своих защитников, и им непросто будет войти, если с ним что-нибудь случится. А что если он здесь не один? Вдруг Василия послала кого-то следить за ним? И Бейли внезапно вспомнил, что здесь, на Авроре, он полностью безоружен.

Он осмотрелся. Никого не было. Он был один. Оставалась дверь, в которую могли войти. У нее, естественно, не было никакой защелки, поскольку туалетом могли пользоваться несколько человек сразу. Но Бейли подумал, что роботы хотя бы задержат того, кто захочет войти.

Закончив свои неотложные дела, он повернулся к раковине, как вдруг услышал довольно высокий и несколько напряженный голос:

— Вы Илайдж Бейли?

Бейли замер. Он не заметил, как кто-то вошел. Стареет он, что ли?

В голосе явно не было никакой угрозы. Да и Бейли был уверен, что, если не Жискар, то Дэниел не позволил бы угрозе войти.

Но ему был неприятен сам факт. За всю его жизнь к нему никогда не подходили и уж, конечно, не обращались в туалете. На Земле это было строжайшим табу. Бейли медленно повернулся. Мужчина среднего роста, в хорошо сшитом костюме разных оттенков голубого. Светлокожий, светловолосый, с небольшими усиками чуть темнее волос на голове. Бейли с удивлением уставился на эту полоску над губой: он ни разу не видел космонита с усами.

Бейли, полный стыда, что говорит в туалете, ответил:

— Да, я Илайдж Бейли.

Его голос даже ему самому показался скрипучим И неубедительным. Мужчина прищурился: — Роботы за дверью сказали, что Илайдж Бейли внутри, но вы вовсе не такой, каким выглядели в гиперволновике. Совсем не похожи.

«Опять эта дурацкая пьеса!» — злобно подумал Бейли. «Наверно, до конца дней каждый встречный будет травить его этим замечанием. Никто не принимает его за обычного слабого человека, а заметив слабость, разочаровываются и смотрят на него, как на дурака.»

Он сердито повернулся к раковине, сполоснул руки и потряс ими в воздухе, не зная, как включить горячий воздух. Космонит коснулся контакта и как бы прямо из воздуха достал клок впитывающего пуха.

Приняв клок, Бейли сказал: — Спасибо! — и добавил: — В том шоу был не я, а актер.

— Я знаю, но могли бы подобрать кого-то более похожего на вас, верно? — Это, казалось, было для него источником горести. — Я хочу поговорить с вами.

— Как вы прошли мимо моих роботов?

По-видимому, это было вторым источником горести.

— Еле-еле прошел, — сказал космонит. — Они пытались остановить меня, а со мной был только один робот. Я уверял, что мне необходимо зайти сюда, и они обыскали меня. Они буквально ощупали меня, ища на мне чего-нибудь опасного. Я обвинил бы вас, не будь вы землянином. Вы не можете отдавать роботам такие приказы, которые задевают человека.

— Сожалею, — сказал Бейли, — но не я отдавал приказы. Что я могу сделать для вас?

— Я хочу поговорить с вами.

— Вы и так говорите со мной. Кто вы?

Поколебавшись, мужчина ответил: — Гремионис.

— Сантирикс Гремионис?

— Правильно.

— Почему вы хотите поговорить со мной?

Гремионис посмотрел на него с явным замешательством, затем пробормотал: — Ну, поскольку я здесь… если вы не возражаете… я бы…

Он шагнул к писсуарам. Бейли, потеряв последние остатки слабости, понял, что намерен сделать Гремионис, поспешно отвернулся и сказал:

— Я подожду вас снаружи.

— Нет, нет, не уходите! — с отчаянием почти взвизгнул Гремионис. — Одну минутку! Пожалуйста!

Теперь Бейли так же отчаянно хотел поговорить с Гремионисом; но не хотел сделать ничего такого, что могло бы обидеть Гремиониса и заставить его отказаться от разговора. Только потому он и согласился на эту просьбу. Когда Гремионис подошел к нему, сжимая в руках пушистый пух, Бейли расслабился и повторил:

— Почему вы хотите поговорить со мной?

— Глэдия… солярианка…

Гремионис посмотрел с сомнением и замолчал.

— Я знаю Глэдию, — холодно сказал Бейли.

— Глэдия вызвала меня… по трехмерке… и сказала, что вы спрашивали ее обо мне. И она спросила меня, не сделал ли я каким-нибудь образом что-то плохое ее роботу — человекоподобному, вроде того, что стоит за дверью.